Поэзия Древнего Рима

КВИНТ ГОРАЦИЙ ФЛАКК. ОДЫ

Задание.

Прочитайте стихотворения. Разбейте их на несколько групп. Определите тему каждой группы текстов и попробуйте охарактеризовать особенности решения этих тем (основные мотивы, настроение, волнующие поэта проблемы, наиболее важные для раскрытия замысла образы).

ИЗ КНИГИ ПЕРВОЙ

11. К Левконое

Ты гадать перестань: нам наперед знать не дозволено,
Левконоя, какой ждет нас конец. Брось исчисления
вавилонских таблиц. Лучше терпеть, что бы ни ждало нас,
много ль зим небеса нам подарят, наша ль последняя,
об утесы биясь, ныне томит море Тирренское
бурей. Будь же мудра, вина цеди. Долгой надежды нить
кратким сроком урежь. Мы говорим, время ж завистное
мчится. Пользуйся днем, меньше всего веря грядущему.
(перевод С.В.Шервинского)

14. К Республике

О корабль, вот опять в море несет тебя
Бурный вал. Удержись! Якорь брось в гавани!
Неужель ты не видишь,
Что твой борт потерял уже

Весла, - бурей твоя мачта надломлена,-
Снасти жутко трещат, - скрепы все сорваны,
И едва уже днище
Может выдержать грозную

Силу волн? Паруса - в клочья растерзаны;
Нет богов на корме, в бедах прибежища;
И борта расписные
Из соснового дерева,

Что в понтийских лесах, славное, срублено,
Не помогут пловцу, как ни гордишься ты.
Берегись! Ведь ты будешь
Только ветра игралищем.

О недавний предмет помысла горького,
Пробудивший теперь чувства сыновние,
Не пускайся ты в море,
Что шумит меж Цикладами!
(перевод А.Семенова-Тян-Шанского)

Понтийские леса - строительный корабельный лес добывался в Понте (Малая Азия)

Циклады (Киклады) - каменистые острова в самой опасной части Эгейского моря. Корабль в этой оде олицетворяет государство.

ИЗ КНИГИ ВТОРОЙ

3. К Деллию

Хранить старайся духа спокойствие
Во дни напасти; в дни же счастливые
 Не опьяняйся ликованьем,
 Смерти подвластный, как все мы, Деллий.
 
Печально ль жизни будет течение,
Иль часто будешь ты услаждать себя
 Вином Фалерна лучшей метки,
 Праздник на мягкой траве встречая.
 
Не для того ли тень сочетается
Сосны огромной с тополя белого
 Отрадной тенью, не к тому ли
 Резвой струею ручей играет,
 
Чтобы сюда ты вина подать велел,
Бальзам и розы, кратко цветущие,
 Пока судьба, года, и Парок
 Темная нить еще срок дают нам.
 
Ведь ты оставишь эти угодия,
Что Тибр волнами моет янтарными,
 И дом с поместьем, и богатством
 Всем завладеет твоим наследник.
 
Не все ль равно, ты Инаха ль древнего
Богатый отпрыск, рода ли низкого,
 Влачащий дни под чистым небом, - 
 Ты беспощадного жертва Орка.
 
 Мы все гонимы в царство подземное.
 Вертится урна: рано ли, поздно ли -
 Наш жребий выпадет, и вот он -
 В вечность изгнанья челнок пред нами.
(перевод А.П.Семенова-Тян-Шанского)
  • Парки - богини судьбы в римской мифологии, прядущие нить человеческой жизни и обрывающие её.
  • Инах - основатель Аргоса и первый его царь.

7. К Помпею Вару

Кто из богов мне возвратил
Того, с кем первые походы
И браней ужас я делил,
Когда за призраком свободы
Нас Брут отчаянный водил?
С кем я тревоги боевые
В шатре за чашей забывал
И кудри, плющем увитые,
Сирийским мирром умащал?

Ты помнишь час ужасный битвы,
Когда я, трепетный квирит,
Бежал, нечестно брося щит,
Творя обеты и молитвы?
Как я боялся! как бежал!
Но Эрмий сам незапной тучей
Меня покрыл и вдаль умчал
И спас от смерти неминучей.

А ты, любимец первый мой,
Ты снова в битвах очутился...
И ныне в Рим ты возвратился
В мой домик темный и простой.
Садись под сень моих пенатов.
Давайте чаши. Не жалей
Ни вин моих, ни ароматов.
Венки готовы. Мальчик! лей.
Теперь некстати воздержанье:
Как дикий скиф хочу я пить.
Я с другом праздную свиданье,
Я рад рассудок утопить.
(перевод А.С.Пушкина)

  • Квирит - гражданин Рима.
  • Эрмий - Меркурий.

10. К Лицинию Мурене

Правильнее жить ты, Лициний, будешь,
Пролагая путь не в открытом море,
Где опасен вихрь, и не слишком близко
К скалам прибрежным.

Выбрав золотой середины меру,
Мудрый избежит обветшалой кровли,
Избежит дворцов, что рождают в людях
Черную зависть.

Ветер гнет сильней вековые сосны,
Падать тяжелей высочайшим башням,
Молнии удар поражает чаще
Горные выси.

В горестях надежд, опасений в счастье
Не теряет муж с закаленным сердцем.
И приводит к нам и уводит зимы
Тот же Юпитер.

Плохо пусть сейчас - не всегда так будет.
Не всегда и Феб напрягает лук свой:
Час придет - и звонкой струной он будит
Сонную Музу.

Бедами стеснен, ты не падай духом,
Мужественным будь. Но умей убавить,
Если вдруг крепчать стал попутный ветер,
Парус упругий.
(перевод З.Морозкиной)

20. К Меценату

Взнесусь на крыльях мощных, невиданных,
Певец великий, в выси эфирные,
С землей расставшись, с городами,
Недосягаемый для злословья.

Я, чадо бедных, тот, кого дружески
Ты, Меценат, к себе, в свой чертог зовешь,
Я смерти не причастен, - волны
Стикса меня поглотить не могут.

Уже я чую, как утончаются
Под грубой кожей голени, по пояс
Я белой птицей стал, и перья
Руки и плечи мои одели.

Мчась безопасней сына Дедалова,
Я, певчий лебедь, узрю шумящего
Босфора брег, гетулов Сирты,
Гиперборейских полей безбрежность.

Меня узнают даки, таящие
Свой страх пред строем марсов, Колхиды сын,
Гелон далекий, ибериец,
Люди, что пьют из Родана воду.

Не надо плача в дни мнимых похорон,
Ни причитаний жалких и горести.
Сдержи свой глас, не воздавая
Почестей лишних пустой гробнице.
(перевод Г.Церетели)

  • Певец двуликий - поэт в образе человека и лебедя.
  • Стикс - река в подземном царстве.
  • Сын Дедалов - Икар.
  • Гиперборейские поля - имеется в виду север.

ИЗ КНИГИ ТРЕТЬЕЙ

6. К римскому народу

Вины отцов безвинным ответчиком
Ты будешь, Рим, пока не восставлены
Богов упавшие жилища,
Их изваяния в чёрном дыме.

Да! Рим - владыка, если богов почтит:
О них начало, от них и конец найдём.
За нераденье боги много
Бед посылают отчизне горькой.

Монез с Пакором, дважды отбившие
В недобрый час задуманный натиск натиск наш,
Гордятся, пронизи на шее
Римской добычей себе украсив.

Междоусобьем Риму объятому
Уже грозили дак и египтянин,
Один - летучими стрелами
Грозный, другой - корабельным строем.

В грехом обильный век оскверняются
Сначала браки, семьи, рождения;
Отсюда выйдя, льются беды
В нашей отчизне, во всём народе.

………………………………

В таких ли семьях выросли юные,
Что кровью пунов море окрасили,
Сразили Пирра, Антиоха
И беспощадного Ганнибала?

То были дети воинов-пахарей,
В полях ворочать глыбы привыкшие
Киркой сабинской, и по слову
Матери строгой таскать из леса

Вязанки дров в тот час, когда тени гор
Растянет солнце, снимет с усталого
Вола ярмо и, угоняя
Коней своих, приведёт прохладу.
Чего не портит пагубный бег времён?
Ведь хуже дедов наши родители,
Мы хуже их, а наши будут
Дети и внуки ещё порочней.
(перевод Н.Шатерникова)

  • Монез - парфянский полководец, нанесший поражение римлянам в 36 году до н.э.
  • Пакор - сын парфянского царя, разбившего римлян в 40 году до н.э.
  • Пуны - карфагеняне.
  • Пирр - царь Эпира (3 век до н.э.), воевавший с Римом.
  • Антиох - царь Сирии, побеждённый римлянами в 190 году до н.э.
  • Ганнибал - главнокомандующий карфагенян во II Пунической войне.

30. К Мельпомене

Создал памятник я, бронзы литой прочней,
Царственных пирамид выше поднявшийся.
Ни снедающий дождь, ни Аквилон лихой
Не разрушат его, не сокрушит и ряд

Нескончаемых лет - время бегущее.
Нет, не весь я умру, лучшая часть моя
Избежит похорон. Буду я вновь и вновь
Восхваляем, доколь по Капитолию

Жрец верховный ведёт деву безмолвную.
Назван буду везде - там, где неистовый
Авфид ропщет, где Давн, скудный водой, царём
Был у грубых селян. Встав из ничтожества,

Первым я приобщил песни Эолии
К италийским стихам. Славой заслуженной,
Мельпомена, гордись и, благосклонная,
Ныне лаврами Дельф мне увенчай главу.
(перевод С.Шервинского)

  • Мельпомена - муза трагедии (первоначально - муза песни).
  • Жрец верховный ведет деву безмолвную - ежегодный обряд освящения Рима, совершаемый верховным понтификом и старшей весталкой, которая по ритуалу должна была хранить молчание. Этот обряд представлен Горацием как символ вечности Рима.
  • Авфид - река в Апулии, на родине Горация.
  • Давн - мифический царь Апулии.
  • Песни Эолии - греческая лирика, стихи Сафо и Алкея, писавших на эолийском диалекте греческого языка.

КОММЕНТАРИЙ

Основные темы од Горация, предложенных для работы, следующие:

1) Тема покорности судьбе - I -11, II - 3, 10.

2) Тема творчесства, своего бессмертия - II -20, III - 30.

3) Гражданские мотивы - I -14, III -6.

4) Послания друзьям - II - 7.

СЛОВАРЬ:

1) Мужество, мудрость, надежда, судьба, жребий, мера - золотая середина.

2) Певец, бессмертие, крылья, памятник, мнимые похороны.

3) Корабль, море, буря, ветер, волны. Отчизна, народ, родители и дети.

4) Чаша, вино.


ВОПРОСЫ ДЛЯ КОНСПЕКТИРОВАНИЯ СТАТЬИ И.З.СУРАТ «КТО ИЗ БОГОВ МНЕ ВОЗВРАТИЛ…» (Пушкин, Пущин и Гораций)

Опубликовано в журнале Новый Мир, номер 9, 1994

  1. Какова цель исследования, как её определяет автор в начале статьи?
  2. В чём особенность пушкинских переводов позднего периода?
  3. Какие факты лежат в основе оды Горация к Помпею Вару?
  4. Как Пушкин назвал Горация в стихотворении 1817 года «В.Л.Пушкину»? Что он хотел этим сказать?
  5. Какие возможности открывал перевод (или его имитация) для Пушкина последнего периода творчества?
  6. Какой важный мотив привносит Пушкин в перевод Горация?
  7. Какую подмену можно заметить в пушкинском переводе и что за этим стоит?
  8. Как описан эпизод бегства с поля битвы у Горация - и как у Пушкина и какой устойчивый мотив лирики Пушкина проявлен в этом эпизоде?
  9. Какие эпитеты связывают пушкинский перевод с его биографией?
  10. В чем разница эмоционального звучания финала стихотворения у Горация и у Пушкина?
  11. О чём свидетельствуют черновики перевода?
  12. Какие две темы неразрывно связаны в лирике Пушкна?
  13. Какое биографическое событие отразил Пушкин в своем переводе оды Горация?
  14. Когда, по предположению исследовательницы, Пушкин обратился к оде Горация и с чем это связано?
  15. Какой стихотворным размером переложил Пушкин оду Горация и о чем это свидетельствует?
  16. Какая более общая проблема биографии Пушкина связана с этим переводом?
  17. Какое письмо передал Пущин Пушкину, когда навестил его в Михайловском?
  18. О чём беседовали Пушкин и Пущин 11 января 1825 года?
  19. Какой факт древнеримской истории был для декабристов моделью противостояния монархии?
  20. Из каких слов пушкинского перевода оды Горация можно понять отношение Пушкина к декабризму?
  21. Каково было мнение Пущина относительно возможного участия Пушкина в политическом движении?
  22. Кто из русских поэтов, с которыми Пушкин состоял в переписке, придерживался такого же мнения?
  23. В каких произведениях 1825 года Пушкин обращается к исторической теме?
  24. Что писал о пушкинских «Замечаниях на анналы Тацита» Н.Я.Эйдельман?
  25. Какими словами и в какой статье Пушкин выразил свое отношение к восстанию декабристов?
  26. В каком стихотворении Пушкин аллегорически описал историю своего спасительного неучастия в восстании декабристов?
  27. Как же связан перевод оды Горация с историей чудесного спасения Пушкина посреди политической бури? Что на самом деле подразумевал Пушкин, когда переводил фрагмент о битве при Филиппах, в которой участвовали Гораций и Помпей Вар?
  28. Какое же чувство владеет Пушкиным в последних строках перевода оды Горация?
  29. В какое произведение Пушкин собирался включить перевод оды Горация и с какой целью?
  30. Каков был скрытый биографический смысл незавершенной «Повести из римской жизни»?
  31. Что общего было в жизненных обстоятельствах Горация и Пушкина в последние годы жизни?

СЕМЬ ПЕРЕВОДОВ ОДЫ ГОРАЦИЯ «К ЛЕВКОНОЕ»

Урок-концерт. После прослушивания оды Горация на латинском языке группа учащихся выступает с заранее подготовленным выразительным чтением предлагаемых переводов. Возможно провести обсуждение (как вариант - голосование) и выбрать лучший перевод. В качестве домашнего задания (по желанию) можно предложить написать свой перевод стихотворения.

ОРИГИНАЛ

Horatius

Tu ne quaesieris, scire nefas, quem mihi, quem tibi
finem di dederint, Leuconoe, nec Babylonios
temptaris numeros. Ut melius, quidquid erit, pati.
Seu plures hiemes, seu tribuit Iuppiter ultimam,
quae nunc oppositis debilitat pumicibus mare
Tyrrhenum. Sapias, vina liques, et spatio brevi
spem longam reseces. Dum loquimur, fugerit invida
aetas: carpe diem, quam minimum credula postero.
23 год до н.э.

1. Перевод Н.М. Муравьёва (1757-1807)

Брегись, впреки людской судьбины,
Предел испытывать кончины
И о предбудущем гадать;
Пусть проживешь ты годы многи
Иль днесь твои скосятся ноги -
Умей терпеть и ожидать.
Меж тем вина исполни чашу
И, видя жизнь толь кратку нашу,
Надежду горду пресекай;
Мы говорим, а время мчится,
Что было - то не прилучится,
Что есть - того не упускай.
1776

2. Перевод Г.Р.Державина (1743-1816)

Не любопытствуй запрещенным
Халдейским мудрованьем знать,
Какая есть судьба рожденным
И сколь нам долго проживать?
Полезнее о том не ведать
И не гадать, что будет впредь;
Ни лиха, ни добра не бегать,
А принимать, что ни придет.

Пусть боги свыше посылают
Жестокий зной иль лютый мраз,
Пусть бури, грозы повторяют,
Иль грянет гром в последний раз:
Что нужды? - Будь мудрей, чем прежде;
В прок вин не запасай драгих;
Обрезывай крыле надежде
По краткости ты дней своих.

‎Так! время злое быстротечно
Летит меж тем, как говорим;
Щипли ж веселие сердечно
С тех роз, на кои мы глядим:
Красуйся дня сего благими,
Пей чашу радости теперь,
Не льстись горами золотыми
И будущему дню не верь.
1798

3. Перевод А.А.Фета (1820-1892)

Не спрашивай; грешно, о Левконоя, знать,
Какой тебе и мне судили боги дать
Конец. Терпи и жди! не знай халдейских бредней.
Дано ли много зим, иль с этою последней,
Шумящей по волнам Тиррены, смолкнешь ты,
Пей, очищай вино и умеряй мечты....
Пока мы говорим, уходит время злое:
Лови текущий день, не веря в остальное.
1856

4. Перевод А.П.Семёнова-Тян-Шанского (1827 1914)

Левконоя, оставь: знать не дано, рано ли, поздно ли
Смерть нам боги пошлют - мне и тебе, - и в вавилонские
Числа ты не вникай! Лучше терпеть, что бы там ни было:
Много ль Зевс положил зим нам прожить, или последнюю, -
5 ту, что ныне дробит с помощью скал волны тирренские.
Будь разумна: цеди влагу вина, светлой минутою
Нить надежд обрывай. Средь болтовни время ревнивое
Быстро мчится; лови день этот, брось веру в грядущее.
1916

5. Перевод С.В.Шервинского (1892-1991)

Ты гадать перестань: нам наперед знать не дозволено,
Левконоя, какой ждет нас конец. Брось исчисления
вавилонских таблиц. Лучше терпеть, что бы ни ждало нас,
много ль зим небеса нам подарят, наша ль последняя,
об утесы биясь, ныне томит море Тирренское
бурей. Будь же мудра, вина цеди. Долгой надежды нить
кратким сроком урежь. Мы говорим, время ж завистное
мчится. Пользуйся днем, меньше всего веря грядущему.
1936

6. Перевод Ольги Седаковой (род. 1949)

Не пытай ты судьбу и богов о конце, Левконоя:
Не халдейскими числами вычислишь волю богов,
Но терпеньем пред этой, быть может, последней зимою,
Перед валом Тирренским, слабеющим у берегов.
Наша мудрость в одном: за нагретым вином ожиданьям
Мы очертим, беседуя, небом дозволенный круг,
Наступающий день называя неверным и дальним,
Убегающий нынешний не выпуская из рук.
1968

7. Перевод Д. Смирнова-Садовского (1948-2020)

Не вопрошай, что за конец предначертан богами
Нам с тобой, Левконоя! Халдейских табличек напрасно
Ты не пытай - лучше не знать, что нас ожидает,
Сколько зим нам подарит Юпитер, иль эту одну,
Что он разбивает о скалы волной Тирренского моря.
Будь же мудрей, вина цеди, умерь ожиданья:
Жизнь коротка - с каждым словом ревнивое время уходит
Прочь: мгновенье лови и грядущему не доверяй!
2016


ЛЮБОВНАЯ ЛИРИКА ВАЛЕРИЯ КАТУЛЛА

(переводы С.Шервинского)

Задание.

1. Прочитайте стихотворения.

2. Расположите их в таком порядке, чобы было видно развитие отношений между поэтом и воспетой им возлюбленной.

3. Охарактеризуйте отношение поэта к любимой на каждом этапе их романа, используя строки и образы из стихотворений.

4. Перепишите в тетрадь наиболее понравившеееся вам стихотворение и выучите его наизусть.

***

Если что-либо иметь мы жаждем и вдруг обретаем
Сверх ожиданья, стократ это отрадней душе.
Так же отрадно и мне, поистине злата дороже,
Что возвращаешься ты, Лесбия, к жадному мне.
К жадному ты возвращаешься вновь, и сверх ожиданья;
Ты ли приходишь, сама! Ярко отмеченный день!
Кто же сейчас счастливей меня из живущих на свете?
Что-либо можно ль назвать жизни желанней моей?

Будем, Лесбия, жить, любя друг друга!
Пусть ворчат старики, - что нам их ропот?
За него не дадим монетки медной!
Пусть восходят и вновь заходят звезды, -
Помни: только лишь день погаснет краткий,
Бесконечную ночь нам спать придется.
Дай же тысячу сто мне поцелуев,
Снова тысячу дай и снова сотню,
И до тысячи вновь и снова до ста,
А когда мы дойдем до многих тысяч,
Перепутаем счет, чтоб мы не знали,
Чтобы сглазить не мог нас злой завистник,
Зная, сколько с тобой мы целовались.

***

Катулл несчастный, перестань терять разум,
И что погибло, то и почитай гиблым.
Еще недавно были дни твои ясны,
Когда ты хаживал на зов любви к милой,
Которую любил я крепче всех в мире.
Вы знали разных радостей вдвоем много,
Желанья ваши отвечали друг другу.
Да, правда, были дни твои, Катулл, ясны.
Теперь - отказ. Так откажись и ты, слабый!
За беглой не гонись, не изнывай в горе!
Терпи, скрепись душой упорной, будь твердым.
Прощай же, кончено! Катулл уж стал твердым,
Искать и звать тебя не станет он тщетно.
А горько будет, как не станут звать вовсе…
Увы, преступница! Что ждет тебя в жизни?
Кто подойдет? Кого пленишь красой поздней?
Кого любить ты будешь? Звать себя чьею?
И целовать кого? Кого кусать в губы?
А ты, Катулл, решась, отныне будь твердым.

***

Женщина так ни одна не может назваться любимой,
Как ты любима была искренно, Лесбия, мной.
Верности столько досель ни в одном не бывало союзе,
Сколько в нашей любви было с моей стороны.

***

Плачьте, о Купидоны и Венеры,
Все на свете изысканные люди!
Птенчик умер моей подруги милой,
Птенчик, радость моей подруги милой,
Тот, что собственных глаз ей был дороже.
Был он меда нежней, свою хозяйку
Знал, как девушка мать родную знает.
Никогда не слетал с ее он лона,
Но, туда и сюда по ней порхая,
Лишь одной госпоже своей чирикал.
А теперь он идет дорогой темной,
По которой никто не возвращался.
Будь же проклят, о мрак проклятый Орка*,
Поглощающий все, что сердцу мило, -
Ты воробушка милого похитил!…
О слепая судьба! О бедный птенчик!
Ты виновен, что у моей подруги
Покраснели от слез и вспухли глазки!

  • Орк - римский бог смерти.

***

Сколько, спрашиваешь, твоих лобзаний
Надо, Лесбия, мне, чтоб пыл насытить?
Много - сколько лежит песков сыпучих
Под Киреною*, сильфием** поросшей,
От Юпитеровой святыни*** знойной
До гробницы, где Батт**** схоронен древний;
Сколько на небе звезд в молчаньи ночи
Видит тайны любви, блаженство смертных!
Поцелуев твоих, чтоб было вдосталь
Для безумца Катулла, нужно столько,
Чтобы их сосчитать не мог завистник,
Нечестивый язык не мог бы сглазить.

  • Кирена - греческая колония на африканском берегу.
  • Сильфия - пряное лечебное растение.
  • Юпитерова святыня - знаменитый оазис в Ливийской пустыне, где находился храм египетского Аммона, отождествлявшегося с Зевсом-Юпитером.
  • Батт - уроженец Кирены, из его рода происходил один из знамениых поэтов поздней античности Каллимах, творчество которого было образцом для Катулла.

***

Ненависть - и любовь. Как можно их чувствовать вместе?
Как - не знаю, а сам крестную муку терплю.

***

Ты безмятежную мне, моя жизнь, любовь предлагаешь -
Чтобы взаимной она и бесконечной была.
Боги, сделайте так, чтоб могла обещать она правду,
Чтоб говорила со мною искренно и от души,
Чтобы могли провести мы один навсегда неизменный
Через всю нашу жизнь дружбы святой договор.

***

Квинтию славят красивой. А я назову её стройной,
Белой и станом прямой. Всё похвалю по частям.
Но назову лишь красавицей. В Квинтии нет обаянья,
В теле роскошном таком искорки нету огня.
Лесбия - вот кто красива! Она обездолила женщин,
Женские все волшебства соединила в себе.

***

Целий! Лесбия, Лесбия (ты слышишь,
Чуешь?), Лесбия, та, что самой жизни,
Милых всех для меня была дороже,
В переулках теперь и в подворотнях
Эта Лесбия тешит внуков Рема.

***

Милая мне говорит, что меня предпочтет перед всяким,
Если бы даже ее стал и Юпитер молить.
Так, но что говорит влюбленному страстно подруга,
Нужно на ветре писать или быстрой волне.

***

Если о добрых делах вспоминать человеку отрадно
В том убежденьи, что жизнь он благочестно провел,
Верности не нарушал священной, в любом договоре
Всуе к богам не взывал ради обмана людей, -
То ожидают тебя на долгие годы от этой
Неблагодарной любви много веселий, Катулл.
Все, что сказать человек хорошего может другому
Или же сделать ему, сделал и высказал я.
Сгинуло все, что душе недостойной доверено было, -
Так для чего же еще крестные муки терпеть?
Что не окрепнешь душой, себе не найдешь ты исхода,
Гневом гонимый богов не перестанешь страдать?
Долгую трудно любовь покончить внезапным разрывом,
Трудно, поистине, - все ж превозмоги и решись.
В этом спасенье твое, лишь в этом добейся победы,
Все соверши до конца, станет, не станет ли сил.
Боги! О, если в вас есть состраданье, и вы подавали
Помощь последнюю нам даже и в смерти самой, -
Киньте взор на меня, несчастливца! и ежели чисто
Прожил я жизнь, из меня вырвите злую чуму!
Оцепененьем она проникает мне в жилы глубоко,
Лучшие радости прочь гонит из груди моей, -
Я уж о том не молю, чтоб меня она вновь полюбила,
Или чтоб скромной была, что уж немыслимо ей,
Лишь исцелиться бы мне, лишь бы черную хворь мою сбросить,
Боги, о том лишь молю - за благочестье мое.

***

Ты говорила не раз, что любишь только Катулла,
Лесбия, - не предпочтешь даже Юпитера мне,
И полюбил я тебя не так, как обычно подружек,
Но как родитель - сынов или дочерних мужей.
Ныне тебя я узнал и ежели жарче пылаю,
Много ты кажешься мне хуже и ниже теперь.
Спросишь: как? почему? При таком вероломстве любовник
Может сильнее любить, но уж не так уважать.

***

Аврелий с Фурием, вы - всюду за Катуллом,-
Хотя б меня влекла далёкая страпа,
Тот берег Индии, где бьёт с немолчным гулом
Восточная волна,

Хотя б к изнеженным арабам направляясь,
Воителей парфян я землю посетил,
Иль край тот, где, семью потоками вливаясь,
Окрасил море Нил,

Хотя б я перешёл громады Альп высоких
Туда, где Цезарь был среди полночных стран,
Туда, где галльский Рейн, Британцев край далёких
И грозный Океан.

Всё, что мне ни пошлёт богов соизволенье,
Со мною оба вы готовы испытать,-
И я красавице в ответ моё презренье
Прошу вас передать.

Пускай себя толпой влюблённых окружает,
Пускай, их молодость в огне страстей губя,
Навстречу каждому объятья раскрывает,
Любя одну себя.

Скажите, что она уж не до; ждётся боле -
Тому сама виной - любви моей былой,
Увядшей, как цветок, подрезанный на поле
Безжалостной косой.

***

Вот до чего довела ты, Лесбия, душу Катулла,
Как я себя погубил преданной службой своей!
Впредь не смогу я тебя уважать, будь ты безупречна,
И не могу разлюбить, что бы ни делала ты.

КОММЕНТАРИЙ

I группа стихотворений:

  • «Будем, Лесбия, жить, любя друг друга!..»
  • «Плачьте, о Купидоны и Венеры…»
  • «Сколько, спрашиваешь, твоих лобзаний…»
  • «Квинтию славят красивой…»
  • «Ты безмятежную мне, моя жизнь…»

Это безмятежное и упоительное начало любви, ничем ещё не омрачённое.

II группа стихотворений:

  • «Катулл несчастный, перестань терять разум…»
  • «Целий! Лесбия…»
  • «Ненависть - и любовь…»

Здесь боль обманутого и брошенного, разочарование, отчаянье.

III группа стихотворений:

  • «Если что-либо иметь мы жаждем…»
  • «Ты говорила не раз…»
  • «Милая мне говорит…»
  • «Вот до чего довела…»

Это - возобновление отношений, но уже без прежнего упоения, с горечью и недоверием, неуверенностью в будущем.

IV группа стихотворений:

  • «Если о добрых делах…»
  • «Аврелий с Фурием…»
  • «Женщина так ни одна…»

Это последние стихи, в них желание избавиться от приносящей боль страсти, разрыв и воспоминания о былом, уже без боли, но с грустью.