Художник и поэт — Арсений Милованов

Разделы: МХК и ИЗО


Значение регионального блока в курсе “Мировой художественной культуры” трудно переоценить, а недооценка может привести к невосполнимым утратам. Личное знакомство с местными мастерами искусства и культуры и их творчеством способствует преодолению чувства провинциальности, рождает у студентов чувство сопричастности с мировой историей культуры, воспитывает патриотизм.

В этом разделе мы изучаем творчество енисейских художников, резчиков по дереву, музыкантов, поэтов, историю местных театральных коллективов, творческую деятельность ансамблей песни и пляски, детских творческих объединений. Их искусство – универсальное средство развития способности продуктивного воображения, творческого начала личности, креативности.

В данной статье мы предлагаем творческий портрет одного из наших земляков, современников, члена Союза художников России, члена художественного объединения “Енисей”, художника и поэта – Арсения Милованова.

Арсений Петрович Милованов родился в 1964 году в городе Новосибирске. Сын художника, он с детства наблюдал творческий процесс своего отца и его друзей, которые были частыми гостями в их доме. Здесь собирались не только художники, но и поэты, музыканты. Звучала хорошая музыка, горячо обсуждались художественные выставки, из рук в руки переходили многочисленные альбомы по искусству... Вся атмосфера родительского дома воспитывала художественный вкус и глаз будущего художника. Душа впитывала впечатления окружающего мира.

Художественная школа стала закономерным этапом на пути к профессии. Но тогда, ещё мальчик, Арсений не знал, что станет художником. Сделать выбор помог случай: юноше представилась возможность побывать с экспедицией археологов в Хакасии. Там впервые Арсений попробовал себя “на натуре”. Домой вернулся с папкой акварелей.

Лето 1981 года – вступительные экзамены на педагогическом отделении в Красноярском художественном училище им. В. И. Сурикова. Приёмная комиссия по достоинству оценила хакасские этюды абитуриента – он становится студентом прославленного учебного заведения.

Летняя практика. Первое знакомство с отцом городов сибирских – г. Енисейском, чья история никого не может оставить равнодушным. Город поразил Арсения своими контрастами: былой мощью в сравнении с теперешней тихой провинциальностью – древние храмы, несущие на себе тяжесть былых времён и событий, деревянные, в основном одноэтажные, дома, многочисленные колоритные заборы на фоне могучего Енисея, подарившего городу своё имя. Практика длилась около месяца. За это время у Арсения родилось около 30 этюдов. Продолжая работу в технике акварели, он начал пробовать себя и в масляной живописи. Недавно в Лесосибирском выставочном зале эти ещё студенческие работы автора экспонировались рядом с новыми.

1988 год – окончание Суриковского училища. Необходимость выбора – куда ехать? Где работать? Арсений с семьёй выбрал школу в селе Казачинское, Енисейского района, Красноярского края.

До 1995 г. он работал в этом селе директором детской школы искусств.

Участник городских, краевых выставок, в 1995 году А. П. Милованов избран в Союз художников России. В том же году он оставляет педагогическую деятельность и целиком посвящает себя творчеству.

Визитной карточкой этого художника многие годы служит пастель. Пейзажист-сибиряк, Арсений Петрович вынужденно работает в этой технике. Зима в Сибири – исключительное по силе воздействия на душу всякого здесь живущего чудо природы. Удивительное по красоте и изысканности цветовых нюансов время года в то же время ограничивает художника в выборе техники: масло густеет, акварель на морозе просто замерзает, а художник Милованов работает исключительно на пленэре.

Кому-то больше нравится реалистическая живопись, другим интересны поиски в цвете, форме, содержании. Арсений не смешивает между собой то и другое. Он говорит: “Когда пишешь на пленэре с натуры, то она настолько тебя захватывает, что нельзя больше ни о чём думать, как только попытаться передать цветовые гаммы, которые разыгрывает сама природа. А вот когда пишешь в мастерской, то хочется самому создавать эти гаммы”. И художник делает и то, и другое, и ему всё удаётся.

Многочисленные персональные выставки в с. Казаченское, в городах: Енисейске, Лесосибирске, Новосибирске, Бердске, Искитиме, Ленинск-Кузнецке и в Красноярске свидетельствуют, что в его творчестве давно уже представлены все времена года. Но самые завораживающие и как-то по-особенному трогающие душу своей кажущейся безыскусностью, - это сельские пейзажи нашей русской глубинки с нередко покосившимися заборами, с лугами, полями и пашнями, дороги и обыкновенная, но такая родная, придорожная трава (“Предрассветная река”, “Кипрей на поляне”, “Надвигающаяся гроза”, “Невысокая сосна”). Односельчане и друзья давно знают Арсения как летописца заборов в своей округе. Поражает то, что, иногда кажется; ему только одного забора и достаточно, чтобы получилась картина (“Забор и солнце”, “Осеннее утро”, “Разноцветье” и мн., мн. др.).

Есть на земле талантливые, мудрые и великодушные люди, которые умеют любить и быть благодарными, в том числе тому месту, где живут и трудятся. Село Казачинское, Енисейского района, Красноярского края навсегда прославлено в творчестве Арсения Милованова, ему он подарил своё признание: “Я благодарен моему селу за то, что оно приютило меня и мою семью, приняло, сделало своим. У меня здесь теперь много друзей и знакомых, здесь я написал не одну сотню этюдов. И чем дольше я в нём живу, чем больше пишу в его окрестностях, тем больше вижу красоты, и она раскрывается мне в простых, неброских вещах: дереве, кусте, повороте реки, бурьяне у забора или в укромном уголке заднего двора. Село стоит на берегу Енисея. Из тайги, из-под увала, древнего берега Енисея, бежит речка Чёрная, извилисто пересекая село. Под увалом, носящим название “Камень”, есть родник. Над ним на раскидистой сосне вознесён православный крест. В Крещенскую ночь сюда сходятся сотни людей, чтобы набрать святой воды. На другом берегу Енисея – тайга и болота. Там охотничьи избушки, черника, клюква, кедровый орех. А чуть выше по Енисею – Казачинские пороги.

И вот, умножая всё это на четыре времени года, на утро, день и вечер, на ясные дни и ненастные, – я получаю то разнообразие, которого мне хватает, чтобы без скуки и отдыха писать... и чувствовать, что самое главное я ещё не сделал!”. После таких откровенных слов, как не вспомнить С. Рахманинова, который говорил, что “в искусстве что-нибудь понять – значит полюбить”.

Любое творчество – и чудо, и загадка для непосвящённого. Художник подобен Богу, ибо и он Творец! Заглянуть в тайное тайны этого художника помогает его поэтическое творчество. Уже в самом названии работ чувствуется поэт, например, в этих: “Куда ты, сестрица?”, “На голой ветке ворон сидит одиноко”, “Краски остались...”, “Русское поле”, “Монастырские стены”, “Колокольный звон”, “Пустая колокольня” и в др. Не даром говорят, что талантливый человек, - талантлив во всём. Доверительно делится он в своих стихах сокровенным:

Ты знаешь, я грустил, не это ли спасло?
В стихах моих всегда скиталась осень;
А все мои холсты – оконное стекло,
Где лишь один мотив столетних сосен.
И пробуя на свет осколки бывших слёз,
Не пожелаю лучшего исхода,
Чем видеть, как вдали посеребрится плёс
В туманном ожидании восхода.

Теперь, как лист сорвавшийся, кружится,
На миг застыть, задуматься и вдруг
Опять пуститься в сумасшедший круг,
Чтобы потом на век остановиться.
На дне осеннего колодца утону,
Где сонный лес рассеянно роняет
Своё шитьё и, словно на луну,
На лист последний ветер завывает.
Моя любовь во мне ещё дрожит,
А ветер рвёт истлевшие страницы
Из рук ветвей, и скоро улетит
Последний лист вослед последней птице.

Многих сумел удивить художник реалистического пейзажа своими декоративными акварелями. В них – обобщённые образы-настроения, воплощение субъективного восприятия всё той же реальности, в передаче которой на первый план вышла поэзия настроения автора. Эти работы можно рассматривать на каком-нибудь философском семинаре, в качестве наглядного пособия “второй природы” - воображаемой реальности. Как поэт, сочиняя стихи, ищет рифму, А. Милованов, создавая свои декоративные композиции, вместо рифмы использует ритмическое чередование цветов и форм. Эмоциональное начало этих работ точно передаётся цветом и ритмом. Гармоническая целостность акварелей достигается верно найденным соотношением тёплых и холодных тонов. Отсутствие привычных реальных образов не лишает нас восхищения красотой новой действительности. Наоборот, у нас появляется возможность сотворчества. И опять способствуют этому процессу сами названия работ (как всегда – поэтические), позволяющие сопоставить зрительный образ с авторским.

Масляная живопись в творчестве А. Милованова для многих стала неожиданной, но вызвала столь же заслуженный интерес, как и всё, что он делает. В ней Арсений совместил на холсте быстроту акварели, графичность пастели с цветовой насыщенностью, какую даёт масло. Основная ценность этих работ, что писались они не в тиши мастерской, а на природе. Это придаёт им непосредственность восприятия. Эксперимент с цветом, пластикой и фактурой материала позволили мастеру обобщить прежний опыт и выразить себя новыми средствами.

Высокая работоспособность, неуспокоенность достигнутым, постоянный творческий поиск Арсения Петровича Милованова – свидетельство духовного роста и мужества художника.

Я художник, поэтому я
Брошу писать стихи.
Буду писать картины,
Не растрачивая себя.
Буду висеть над миром,
Полный прекрасных идей.
Зарифмую в холст мастихином
Небо, вечность, людей.
А если увижу солнце,
Смолчу. И строкой мазка
Создам живописное слово
От пола до потолка!
Но, не успевая смешивать
На пёстрой палитре дня
Краски и впечатления,
С трёхногого слезу коня.
Снова привычно и ловко
Кисти, сменив на перо,
Кручу вензеля заголовка,
А через минуту – число.

Кто это написал?

– Художник или поэт?..

Наивно было бы предположить, что автор всерьёз собирается бросить писать стихи. Да, как видно, и не мешает одно другому. Однако стихи эти помогают заглянуть в творческую мастерскую художника, полную новых, прекрасных идей. Мы видим, как рифмуются в холст мастихином небо, вечность и люди... Как перо сменяют кисти, и строка мазка создаёт живописное слово “от пола до потолка”. Думается, что это хорошая иллюстрация размышлений Гёте – “в живописи поэзия”, который в своё время уяснил себе, что вершины этих искусств раздельны, основания же их – однородны. Не случайно мы находим в стихах поэта А. Милованова образ быстротечного времени, не вмещающего в себя, однако, все краски и впечатления очередного дня. Но будет в его жизни Новый День, и Новые Стихи, и Новые Картины... А у почитателей его таланта будут Новые Встречи, Новые Откровения и Новые Открытия Себя и Мира...