Идейно-художественная роль антитезы в рассказе И.А. Бунина "Холодная осень"

Разделы: Литература


Иван Алексеевич Бунин - выдающийся русский писатель, снискавший особую мировую славу. Поэзия и проза Бунина выходят из общего словесно-психологического источника, его богатейший и исполненный неповторимой пластики язык един вне разделения на литературные виды и жанры. В нем, по словам К.Паустовского, было все «от звенящей медью торжественности до прозрачности льющейся родниковой воды, от размеренной чеканности до интонаций удивительной мягкости, от легкого напева до медленных раскатов грома».[6, с.200 ]

Чем же привлекает творчество И.А.Бунина сегодняшнего школьника?

Творчеству Бунина свойственно обращение к внутреннему миру героев: проникновение в тайные импульсы души, загадки поступков, связи между «разумом» и «сердцем». Обстановка, окружающие материальные вещи теряют свое значение. Ракурс художественного произведения автора сужен до психологии и эмоциональности героя.

Какая холодная осень
Надень свою шаль и капот...
Смотри меж чернеющих сосен
Как будто пожар восстает.

Эти строки Фета, произнесенные героем рассказа «Холодная осень», наиболее ярко отражают то время, когда И.Бунин в эмиграции пишет цикл «Темные аллеи». Время перемен, время борьбы, время противоречий. Примечательно, что в рассказе «Холодная осень» противоречия проявляются постоянно. Если проследить творческую деятельность Бунина, мы увидим, что ее «отличительной чертой является противопоставление стихотворных традиций русской музы «золотого века» новаторским поискам символистов.»  [5, с. 10]    По определению Ю.Айхенвальда, творчество Бунина «... на их фоне выделялось как хорошее старое».

[7, с.200] Но для самого Бунина это было не просто противопоставление взглядов, принципов, мировоззрения - это была упорная и последовательная борьба с символизмом. И эта борьба была настолько героической, что Бунин оказался один и не побоялся глубоких ран, которые она ему нанесла. «Крайностям символистов он противопоставил слишком большую уравновешенность чувства: их прихотливости слишком законченную последовательность мысли, их стремлению необычности слишком нарочитую подчеркнутую простоту, их парадоксам - явную неопровержимость утверждений. Чем больше субъект символистской поэзии хочет быть исключительным, тем больше субъект поэзии Бунина старается быть нормальным.». [7, с.218 ] Интересен тот факт, что находясь в Италии или на Капри, Бунин писал рассказы о русской деревне, а находясь в России - об Индии, Цейлоне. Даже на этом примере можно усмотреть противоречивые чувства художника. При взгляде на Россию Бунину всегда нужна была дистанция - хронологическая, и даже географическая.

Позиция Бунина по отношению к русской жизни выглядела непривычно: многим своим современникам Бунин казался «холодным», хотя и блестящим мастером. «Холодный» Бунин. «Холодная осень». Созвучие определений. Случайно ли оно? Кажется, что за тем и другим стоит борьба - борьба нового со старым, правды с неправдой, справедливости с несправедливостью - и неизбежное одиночество.

«Холодный» Бунин. Он стремился вырвать из своего творчества все, что могло быть в нем общего с символизмом. Бунин особенно упорствовал против символистов в области изображения действительности. «Символист - создатель своего пейзажа, который расположен всегда вокруг него. Бунин же отходит в сторону, прилагая все усилия к тому, чтобы воспроизвести боготворимую им действительность наиболее объективно. Но символист, изображая не мир, а в сущности самого себя, в каждом произведении достигает цели сразу и вполне. Бунин же усложняет достижение своей цели, он изображает пейзаж точным, правдивым, живым, что ведет к тому, что чаще всего для личности художника места не остается.»[2, с. 125] Но именно этим он и противопоставил себя символистам.

«Холодная осень». Бунин в этом рассказе при помощи пробуждения в сознании читателя системы ассоциативных связей стремится сказать о том, что оставлено в прошлом - простота, добро, чистота помыслов и о неизбежности грядущей трагедии.

В нем судьба русской интеллигенции показана через судьбу женщины, а судьба ее раскрывается не столько через подробное жизнеописание, сколько через рассказ о любви, в котором несколько дней прошлого воспринимаются полнее, нежели пролетевшие вслед за ним 30 лет. Диссонанс между добром и злом, миром и войной, гармонией и хаосом прослеживаются на протяжении всего небольшого рассказа. И в финале - одиночество, разочарование в жизни, хотя и оно скрашивается мечтой и верой в счастье «там». Рассказ - трагедия любви в смутное время, трагедия разума в безумном пламени революционных потрясений.

Противопоставление мировоззрения и творчества Бунина остальным, противопоставление старого мира и нового, добра и зла в рассказе. Вот что объединяет созвучие определений - «холодный» Бунин и «Холодная осень». Очень привлекательна бунинская антитеза, поэтому рассказ «Холодная осень» хочется рассмотреть с этой точки зрения.

Целью работы является определение идейно-художественной роли приема антитезы в рассказе «Холодная осень» на уровне:

  • сюжета
  • композиции
  • хронотопа
  • пространства
  • системы образов
  • художественно-изобразительных средств.

Начинается рассказ «Холодная осень» с события, которое дает установку на историческую достоверность, - Первая мировая война. События даются фрагментарно: «в июне он гостил», «На Петров день объявлен женихом». Все произведение построено на контрасте. Так в экспозиции читаем: «в сентябре приехал проститься» и «свадьба наша была отложена до весны». Холодную осень можно интерпретировать как конец обычной мирной жизни наряду с умиранием природы. А вот свадьба героев отложена именно до весны. Ведь весна предстает не только как время возрождения природы, но и как начало новой мирной жизни.

Дальнейшее развитие действия происходит в доме героини, куда «он» приехал проститься. Бунин емко передает атмосферу «прощального вечера», вновь применяя одну за другой антитезы. С одной стороны, окно, за которым «удивительно ранняя холодная осень». В этой лаконичной фразе многослойный смысл: это и холод осени, и холод души - как будто мы слышим пророчество отца своему ребенку: удивительно, страшно рано ты потеряешь Его, познаешь холод одиночества. С другой стороны, «запотевшее от пара окно». Этой фразой Бунин подчеркивает тепло дома, уют, спокойствие - «сидели тихо», «обменивались незначительными словами, преувеличенно спокойными, скрывая свои тайные мысли и чувства», «с притворной простотой». И вновь антитеза в проявлении внешнего спокойствия и внутренней тревожности. Бунин мастерски противопоставляет этому состоянию всех людей в комнате ощущение того, что «трогательно и жутко». В этой же части рассказа « на черном небе, ярко и остро сверкали чистые ледяные звезды» и «висевшая над столом жаркая лампа». Еще одна яркая иллюстрация антитезы: «холода» и «тепла», внешнего «ледяные звезды» и внутреннего «жаркая лампа» - чужого и своего.

Последующие действия происходят в саду. «Сошли в сад» Бунин употребляет именно этот глагол, чтобы у читателя сразу возникла единственная ассоциация: сошли в ад (из слова сад отнять «с» ). Из мира тепла, семьи - в осень, войну. «Сперва было так темно. Потом стали обозначаться в светлеющем небе черные сучья, осыпанные минеральными блестящими звездами». И из ада «совсем особенно, по-осеннему светят окна дома». Дом-рай, в который вскоре ворвется осень, война, ад. Тут же странный диалог «ее» и «его». Автор нагнетает состояние приближающейся беды. Глубоко символичны слова, цитируемые «им»: «смотри меж чернеющих сосен как будто пожар восстает..." Непонимание символа ею: «Какой пожар? - Восход луны, конечно». Луна символизирует смерть, холод. А «пожар», огонь как символ страдания, боли, уничтожения своего, родного, теплого. Атмосфера не-уюта, не-жизненности разряжается логичным эмоциональным порывом: «Ничего, милый друг. Все-таки грустно. Грустно и хорошо. Я очень, очень люблю тебя». Эта фраза, теплая и светлая, выделяется контрастом мрачному и холодному фону рассказа. От этого еще сильнее диссонанс между добром и злом, миром и войной.

Кульминацией рассказа является сцена проводов, которая построена на контрасте. Герои становятся в оппозицию к природе. «Перекрестили с порывистым отчаянием и, постояв, вошли в опустевший дом» и чувствовали «только удивительную несовместность между нами и окружающим нас радостным, солнечным, сверкающим изморозью на траве утром». Кульминационной фразой: «Убили его - какое страшное слово! - Через месяц в Галиции» - Бунин емко воссоздал ощущение стертого эмоционального восприятия через годы. Уже произошло то сошествие: «Я жила в Москве в подвале». Это из дома, где «после ужина подали по обыкновению самовар!», «стала бабой в лаптях». Это из «швейцарской накидки!» Метко и значимо здесь использует автор детали, которые характеризуют лучше, чем пространные описания: продавала «какое-нибудь колечко, то крестик, то меховой воротник...» То есть продавала прошлое, отрекаясь от него: «Времена наших бабушек и дедушек», «Ах, боже мой, боже мой». Красота и неспешность жизни до гибели героя противопоставляются бешеному темпу жизни, обилию несчастий, неудач после. Рай-дом превратился в ад-чужбину. Сошествие завершилось. Здесь нет жизни - это только ненужный сон.

В произведении есть еще одна кульминационная волна - «всегда спрашиваю себя: да, а что же было все-таки в моей жизни? И отвечаю себе: только тот холодный вечер». Бунин дает героине последний шанс осознать, что тот вечер и был торжеством духа, смыслом жизни, самой жизнью.

В этом противоречии и выражена основа трагического сюжета. Теперь у героини осталась только вера в ожидание встречи, вера в счастье «там» Таким образом, сюжетную линию можно построить так:

Он

 

 

Она

 

 

Она

и

 

 

и

 

 

и

Она

 

 

Жизнь

 

 

Он

Композиция имеет форму кольца: «Ты поживи, порадуйся на свете...» - жизнь - «...Я пожила порадовалась...». Объясняется композиционное построение Буниным следующим образом: «Что же все - таки было в моей жизни? Только тот холодный осенний вечер... остальное ненужный сон». Начинается произведение описанием осеннего вечера, заканчивается воспоминанием о нем же. В эпизоде разговора в парке героиня произносит: «Я не переживу твоей смерти». И его слова: «Ты поживи, порадуйся на свете, потом приходи ко мне». И она признает, что не пережила его, просто забылась в страшном кошмарном сне. И становится понятно, почему таким, в сущности сухим, спешащим, равнодушным тоном она рассказывала обо всем, что было после. Душа умерла вместе с тем вечером. Кольцевая композиция используется для того, чтобы показать замкнутость круга жизни героини: Ей пора «идти», возвращаться к «нему». Композиционно произведение можно разделить на части, которые контрастны по отношению друг к другу.

Часть 1. От начала рассказа до слов: «...хочешь пройдемся немного?» - почти абсурдная картинка трагического спокойствия, размеренности в жизни, в имении на фоне далекой, вроде бы нереальной войны.

Часть 2. От слов: «На душе у меня...» до слов: «...или запеть во весь голос?» - Он и она, прощание. На фоне радостного, солнечного утра пустота и бессилие на душе у героини.

Часть 3. От слов: «Убили его...» до слов: « чем стала она для меня» -ускорение действия: на одной странице - вся остальная жизнь. Изображение скитаний и тягот героини, которые начинаются с кульминационной фразы о «его» смерти. Героиня беспристрастно описывает свою дальнейшую жизнь, констатируя факты.

Часть 4. до конца рассказа - перед нами героиня-рассказчица в настоящем.

Итак, повествование построено на антитезе. Провозглашается данный принцип восклицанием: «Ну, друзья мои, война!» Слова «друзья» и «война» - основные звенья в цепи противоречий: прощание с любимой — и разговор о погоде, солнце - и разлука. Противоречия абсурда.

Но есть и противоречия, связанные с человеческой психологией, точно передающие растерянность душевную: «...зарыдать мне или запеть во весь голос». И далее противопоставляется красота и неспешность жизни до «его» гибели бешеному темпу и обилию неудач, несчастий после.

Хронотоп произведения очень развернут. В первом предложении сразу время года: «в июне». Лето, расцвет души, чувств. Нет точной даты «того года»: не важны цифры - это прошлое, ушедшее. Прошлое, свое, родное, кровное, органичное. Официальная дата - понятие инородное, поэтому чужая дата указана точно: «пятнадцатого июля убили», «девятнадцатого июля Германия объявила России войну», чтобы подчеркнуть отторжение даже во времени. Яркая иллюстрация бунинской антитезы «свое-чужое».

Границы времени всего рассказа разомкнуты. Бунин констатирует лишь факты. Упоминание конкретных дат: «15 июля убили», «утром 16-го», «но 19 июня». Времена года и месяцы: «в июне того года», «в сентябре», «отложена до весны», «зимой в ураган», «убили его через месяц». Перечисление количества лет: «прошло с тех пор целых 30 лет», «пробыли на Дону и Кубани два года», « в 1912 году». И слова, по которым можно определить течение времени: «долго жила», «девочка выросла», «тот холодный осенний вечер», «остальное ненужный сон». Безусловно, возникает ощущение суетности, подвижности времени. В эпизоде прощального вечера Бунин использует только слова, по которым можно определить время, почувствовать его: «после ужина», «в тот вечер», «пора спать», «еще немного побыли», «сперва было так темно», «утром он уехал». Возникает ощущение замкнутости, все происходит в одном месте, в один маленький отрезок времени - вечер. Но оно не тяготит, а вызывает ощущение конкретности, надежности, теплой грусти. Конкретика и абстрактность времени - антитеза «своего» времени и «чужого»: в «своем» героиня живет, в «чужом» проживает будто во сне.

Противоречивы границы времени и по смыслу проживания жизни. Слова времени всего рассказа - многочисленные перечисления, но они незначительны для героини. А вот слова времени в эпизоде прощального вечера по смыслу проживания - это целая жизнь.

Слова времени всего рассказа

 

Слова времени прощального вечера

конкретные даты:

 

после ужина

15 июня убили

 

пора спать

утром 16-го

 

в тот вечер

весной 18-го

 

еще немного побыли

времена года и месяцы:

 

сперва было так темно

в июне того года

 

утром он уехал

в сентябре отложить до весны зимой в ураган

 

перечисление количества лет:

 

 

прошло целых 30 лет пробыли больше 2-х лет в 1912 году

 

слова, по которым можно определить время:

 

 

всего на сутки долго жила

 

Контрастность повествования ощущается в произведении сразу. Пространство рассказа словно расширяется при появлении звезд. Они предстают в двух образах: сначала сверкающие на черном небе, а затем блестящие в небе светлеющем. Этот образ несет в себе философское значение. Звезды в мировой культуре символизируют вечность, непрерывность жизни. Бунин подчеркивает контраст: скорую разлуку и смерть героя - вечность и несправедливость жизни. Во второй части рассказа, когда героиня рассказывает о своих скитаниях, пространство удлиняется сначала до Москвы, а затем до Восточной и Западной Европы: «жила в Москве», «долго жила в Константинополе», «Болгария, Сербия, Чехия, Париж, Ницца...» Размеренная спокойная жизнь в имении превратилась в бесконечную суету, хаотичность жизненного пространства героини: «Была я в Ницце в первый раз в 1912 году - и могла ли думать в те счастливые дни, чем некогда станет она для меня».

Одним из главных средств в формировании авторской позиции является система образов. Бунинский принцип предъявления героев отличается яркостью и необычностью. Так ни один из персонажей не имеет имени, ни разу не названо имя «гостя» и «жениха» - это слишком свято, чтобы доверять бумаге священные буквы, звуки любимого имени. Название дорогого человека «Он» сродни блоковскому названию Прекрасной Дамы в стихах - «Она». Но имя не своего, чужого человека названо - «убили в Сараеве Фердинанда». В ирреальном смысле его можно считать источником беды. Зло «выразительнее» добра - здесь у него конкретное имя. В этих образах воплотилась бунинская антитеза «свое - чужое».

Бунин вводит в произведение новый пласт образов: «семья — народ». Семья в уюте, добре, счастье, а народ - чужие «как разрушители», воры гармонии, «как многие», «на Петров день к нам съехалось много народу», «Германия объявила России войну», «Я тоже (как масса) занималась торговлей, продавала», «отплыли с несметной толпой беженцев». Автор словно подчеркивает, используя эти образы, что его повествование не только о том, что произошло лично у каждого, а и том, что произошло с целым поколением. Наиболее ярко трагедию поколения Бунин показывает, используя судьбу женщины - главной героини. Образ женщины всегда ассоциировался с образом хранительницы домашнего очага, а семья, дом - это основные ценности времени. События первой мировой войны, последовавшая за ней революция, послереволюционные годы - это все выпало на долю героини - цветущей девушки при первом знакомстве с ней и близкой к смерти старой женщины - в конце рассказа с ее воспоминаниями, похожими на жизненный итог. В ее характере уживается гордость эмигрантки с непокорностью судьбе - не черты ли самого автора? В жизни многое совпадает: и на его долю выпала революция, которую он не смог принять, и Ницца, которая не смогла заменить Россию.

Немаловажный штрих в системе образов «девочка». Она равнодушна к своему прошлому: стала «француженкой». Героиня описывает «холеные ручки», «серебряные ноготки» и «золотые шнурочки» своей воспитанницы с горькой иронией, но без всякой злобы. «Солнечный зайчик» среди тусклых красок «ее» повествования, но тепла мы не чувствуем - ледяной блеск. Величайшая трагедия интеллигенции показана Буниным через ее образ: потеря будущего, невостребованность, гибель России в душах детей эмигрантов.

Появляется в рассказе и метонимический образ солдат «в папках и расстегнутых шинелях». Это очевидно, красноармейцы, которым продавали свои вещи люди, не подошедшие новому времени. Интересен образ мужа героини. Он также не назван по имени, но подчеркивается контраст места их (героини и будущего мужа) встречи (на углу Арбата и рынка ) и очень немногословной, но емкой характеристики самого мужа «человека редкой, прекрасной души». Это возможно символизирует хаотичность истории России того времени. Выбрав несколько характеров, Бунин отразил великую трагедию России. Опять контраст - что было и что стало. Тысячи элегантных дам, превратившихся в «баб в лаптях», и «людей, редкой, прекрасной души», одевших «истертые казачьи зипуны» и отпустивших «черные бороды». Так постепенно, вслед за «колечком, крестиком, меховым воротником» люди теряли страну, а страна теряла свои цвет и гордость. Контрастность бунинской системы образов очевидна.

Бунин как мастер слова блестяще, виртуозно использует антитезу на всех уровнях языка. Наиболее интересен бунинский синтаксис. Язык данного художественного произведения характерен для автора: он прост, не изобилует вычурными метафорами и эпитетами. В первой части новеллы (границы частей см. выше) автором используются простые малораспространенные предложения. Этим создается впечатление перелистываемых фотографий в семейном альбоме, только констатация фактов. Предложение - кадр. Пятнадцать строк - десять предложений - кадров. Перелистываем прошлое. «Пятнадцатого июня убили в Сараево Фердинанда». «Утром шестнадцатого привезли с почты газеты». «Это война!» «И вот настал наш прощальный вечер». «Удивительно ранняя и холодная осень». В эпизоде прощального вечера автор словно останавливает время, растягивает пространство, наполняя его событиями, и предложения становятся сложными, каждая из частей их распространена. В этой части много второстепенных членов предложения, контрастных по смыслу: «запотевшие от пара окна» и «удивительно ранняя и холодная осень», «на черном небе ярко и остро сверкали чистые ледяные звезды» и «висевшая над столом жаркая лампа». В цифровом отношении это выражено так: в четырнадцати строках пять предложений. «Мы в тот вечер сидели тихо, лишь изредка обменивались незначительными словами, преувеличенно спокойными, скрывая свои тайные мысли и чувства». «Потом стали обозначаться в светлеющем небе черные сучья, осыпанные минерально блестящими звездами». «Оставшись одни, мы еще немного побыли в столовой, - я вздумала раскладывать пасьянс, - он молча ходил из угла в угол, потом спросил: «Хочешь, пройдемся немного?» В следующей части внутренний мир героев Бунин раскрывает, используя диалог. Диалоги в этой части играют особенно важную роль. За всеми дежурными фразами, замечаниями о погоде, об «осени» скрывается второй смысл, подтекст, невысказанная боль. Говорят одно - думают о другом, говорят только ради слова, беседы. Так называемое «подводное течение». И то, что рассеянность отца, старательность матери, безразличие героини притворны, читатель понимает и без прямого объяснения автора: «лишь изредка обменивались незначительными словами, преувеличенно спокойными, скрывая свои тайные мысли и чувства». «Одеваясь в прихожей, он продолжал что-то думать, с милой усмешкой вспомнил стихи Фета:

Какая холодная осень

Надень свою шаль и капот...

- Капота нет, - сказала я. - А как дальше?

- Не помню. Кажется, так:

Смотри меж чернеющих сосен Как будто пожар восстает...

- Какой пожар?

- Восход луны, конечно. Есть какая-то прелесть в этих стихах: «Надень свою шаль и капот...» Времена наших бабушек и дедушек... Ах, Боже мой, Боже мой!

- Что ты?

- Ничего, милый друг. Все-таки грустно. Грустно и хорошо. Я очень, очень тебя люблю».

В заключительной части рассказа преобладают повествовательные предложения, осложненные однородными членами предложения. Создается необычное ощущение ритма, переполненности событиями жизни: «то какое-нибудь колечко, то крестик, то меховой воротник», «Болгария, Сербия, Чехия, Бельгия, Париж, Ницца...», «занималась..., продавала..., встретила..., вышла...», «холеными ручками с серебряными ноготками... золотыми шнурочками». Все это Бунин противопоставляет внутренней пустоте, усталости героини. Она констатирует свои несчастья без всяких эмоций. Переполненность событиями жизнь оборачивается тем, что жизни - то и нет. На уровне синтаксиса антитеза выражена ярко: простые - сложные предложения, распространенность, насыщенность однородными членами предложения и их отсутствие, диалогичность - монолог героини. Сознание раскалывается: есть вчера и сейчас, прошлое и вся жизнь. Средства синтаксиса этому помогают.

Обращает внимание и мастерское использование морфологических средств языка. Так в первой части произведения глаголы поставлены в прошедшее время. Воспоминания... Героиня словно пробирается сквозь бурелом прошлого к настоящему, проживает жизнь, старится, разочаровывается: «встала», «перекрестила», «прошли», «посмотрела», «жила», «скиталась». В последней части рассказа повествование ведется с употреблением форм настоящего времени: «спрашиваю», «отвечаю», «верю», «ждет». Героиня словно пробуждается. И жизнь закончилась.

Итак, главной особенностью «бунинской» антитезы является то, что она пронизывает все уровни рассказа «Холодная осень».

  1. «Бунинская» антитеза - это способ выражения авторской позиции.
  2. Контраст Бунина - это способ отражения действительности, создания картины мира.
  3. Противопоставление используется для раскрытия мировоззренческой, философской концепции автора.
  4. Антитеза как показ катастрофичности времени на стыке двух веков, революций, войн.
  5. Контрастность психологии людей начала 20 века.
  6. Антитеза в рассказе Бунина «Холодная осень» - это прием для создания композиции, сюжета, хронотопа, пространства, системы образов, языковых особенностей.

Название сборника «Темные аллеи» вызывает в памяти образы полуразрушенных садов старых усадеб, заросших аллей московских парков. Россия, уходящая в прошлое, в небытие.

Бунин - мастер, который умеет быть неповторимым в самых банальных ситуациях, оставаться всегда целомудренным и чистым, ибо любовь для него всегда единственна и свята. В «Темных аллеях» любовь чужда понятию греха: «Ведь ото всего остаются в душе жестокие слезы, то есть воспоминания, которые особенно жестоки, мучительны, если вспоминаешь что-нибудь счастливое». Может быть, в тоске новелл «Темных аллей» обретает голос застарелая боль от пережитого когда-то счастья.

Бунин не философ, не моралист и не психолог. Для него важнее, какой закат был, когда герои прощались и куда-то ехали, чем цель их поездки. «Он всегда был чужд как богоискательству, так и богоборчеству.»[3, с.48] Поэтому бессмысленно искать глубокий смысл в поступках героев. «Холодная осень» - это рассказ, где о любви, собственно, не говорится. Это произведение - единственное с документально точной хронологией. Язык повествования подчеркнуто сух... Сидит где-то в прибрежном ресторанчике пожилая женщина, опрятно одетая и, нервно теребя платок, рассказывает свою историю случайному собеседнику. Эмоций уже нет - все давно пережито. Она одинаково обыденно говорит и о гибели жениха, и о равнодушии приемной дочери. Как правило, у Бунина действие сконцентрировано в коротком временном интервале. «Холодная осень» - это не просто отрезок жизни, это - хроника всей жизни. Земная любовь, смертью оборванная, но, благодаря этой смерти неземной ставшая. И под конец своей бурной жизни героиня вдруг понимает, что ничего, кроме этой любви, у нее не было. «Бунин в пору своей безрадостной «холодной осени», пережив революцию и изгнание, в дни одной из самых страшных войн пишет рассказ о любви, как и Боккаччо писал «Декамерон» во время чумы. Ибо вспышки этого неземного огня и есть тот свет, который освещает путь человечества.» [1, с. 112] Как говорила одна из героинь «Темных аллей»: «Всякая любовь - великое счастье, даже если она не разделена».

Приложение

Список использованной литературы

  1. Адамович Г.В. Одиночество и свобода. Нью-Йорк, 1985.
  2. Александрова В.А. «Темные аллеи» // Новый журнал, 1947 №15.
  3. Афанасьев В.О. О некоторых чертах поздней лирической прозы Бунина // Известия АН СССР. Отд. Литературы и языка, 1979, т.29 вып.6.
  4. Бабореко А.К. Бунин во время войны 1943-1944 // Даугава, 1980 №10.
  5. Долгополов Л.О. О некоторых особенностях реализма позднего Бунина// Русская литература, 1973 №2.
  6. Муромцева - Бунина В.Н. Жизнь Бунина, Париж, 1958.
  7. Школа классики. Критика и комментарии. Серебряный век. 1998.