Урок литературы на тему "Одинокая странствий звезда, или Ангел Родины" (о Николае Рубцове)

Разделы: Литература


Бог явил нам радость и чистоту в виде стихов
Рубцова и взял обратно - недостойны:
В ряду самых великих.
Ф. Абрамов. Из дневника. 1975 год.

Цель урока: познакомить учащихся с бесприютной судьбой русского поэта Николая Рубцова, рассказать о его посмертной судьбе, воспитывая в учащихся умение ориентироваться сегодня в нравственных ценностях.

Оборудование, наглядность:

  • музыкальное сопровождение;
  • песня в исполнении А. Барыкина "Букет" на стихи Рубцова;
  • иллюстрации "Картины родной природы";
  • портрет писателя;
  • столик с иконами, свечи;
  • диафильм "Репродукции Левитана".

Ход урок

Сегодня на нашем внеклассном занятии я хочу познакомить вас с личностью не до конца изученного нами поэта Николая Михайловича Рубцова. Почему выбор пал на него? Это очень русская судьба, вобравшая в себя все сиротство, всю забытость России, всю её силу и красоту. Многие большие поэты предсказали свою судьбу, но ни у кого провидческие способности не были развиты так сильно, как у Рубцова. И дело не только в том, что Рубцов совершенно точно предсказал то, что будет после смерти.

Мы поговорим о поэтическом мире Рубцова, его лирическом герое, чтобы понять человека, подарившего нам стихи, в которых выразилось чувство привязанности к Родине, дому, стремление к тихому счастью, которых сам поэт так и не обрел.

Никто не знает, что нужно, чтобы родился великий поэт. Никому бы не пришло в голову выписывать эфиопа из Африки, чтобы обзавестись Пушкиным. В пору хрущевской оттепели, в 60-е годы, над обширным пространством русской словесности взошла звезда Николая Рубцова.

Пронзительно коротким было детство поэта, который родился 3 января 1936 года в поселке Емецк Архангельской области. Талант - всегда чудо. Жизнь, кажется, делала все, чтобы убить зернышко дарования поэта еще до того, как оно взошло.

Еще до войны начались страшные утраты: в 1940 году умерла 17-летняя сестра Надя, в 1942 - мать, через два дня младшая сестра, отец ушел на фронт. Сестру Галю забрала к себе сестра отца, а мальчиков, Альберта и Колю, определили в детдом. Потом Колю разлучили и с братом, переведя в другой детский дом в село Никола Вологодской области, разлучив братьев на долгие 17 лет.

Сохранились мемуарные записи, которые Рубцов сделал в последние годы жизни.

Чтец: "Шел первый год войны. Моя мать лежала в больнице. Сестра уходила на целый день в очереди за хлебом, а я уходил в безлюдную глубину сада возле нашего дома, где полюбился мне один удивительно красивый алый цветок. Я за ним ухаживал. О нем знал только брат. Однажды он пришел ко мне в сад и сказал: "Пойдем в кино на "Золотой ключик". Мы пошли. Кино было очень интересное. Счастливые, мы возвращались домой. Возле калитки нашего дома нас остановила соседка и сказала: "А ваша мама умерла". И заплакала. Брат заплакал тоже и сказал мне, чтобы я шел домой. Я ничего не понял тогда, что случилось, но сердце мое содрогнулось. И теперь часто вспоминаю я то кино, тот аленький цветочек и соседку, которая сказала: "А ваша мама умерла".

Чтец: История с аленьким цветочком воплотилась в стихотворение:

Домик моих родителей
Часто лишал я сна:
"Где он опять? Не видели?"
Мать без того больна.
В зарослях сада нашего
Прятался я, как мог,
Там я тайком выращивал
Аленький свой цветок.
Этот цветочек маленький
Как я любил и прятал
Нежил его, - вот маменька
Будет подарку рада.
Кстати его, не кстати ли
Вырастить все же смог -
Нес я за гробом матери
Аленький свой цветок.

Учитель: Ни семейного альбома, ни любимой игрушки, ни материнских записей об успехах чада, ни стен избы, хранящей тепло дома - ничего не осталось от того полуреального мира.

И множество раз силившаяся проникнуть в изначальный мир земного бытия, мир света, ласки, добрая память Рубцова натыкалась на одно и то же.

Чтец:

Мать умерла.
Отец ушел на фронт.
Соседка злая
Не дает проходу.
Я смутно помню
Утро похорон
И за окошком
Скудную погоду.

Учитель: Что касается малой родины, столь много значившей от века для сердца русского человека, то и её образ связан у Рубцова не с только с рекой, лесом, полем, сколько с могилой матери.

Чтец:

Тихая моя родина,
Ивы, река, соловьи,
Мать моя здесь похоронена
В детские годы мои.

Учитель: Даже образ поэтического символа России - березы - оказался для Рубцова приправленным горечью детских утрат.

Чтец:

Я люблю, когда шумят березы,
Когда листья падают с берез.
Слушаю - и набегают слезы
На глаза, отвыкшие от слез.
Все очнется в памяти невольно,
Отзовется в сердце и крови.
Станет как-то радостно и больно,
Будто кто-то шепчет о любви.
Только чаще побеждает проза,
Словно дует ветер хмурых дней.
Ведь шумит такая же береза
На могиле матери моей.

Учитель: Рубцовским березам выпал печальный жребий облетать под осенними ветрами не на холме, "средь желтой нивы", как у Лермонтова, не "во поле, где березка стояла", а на кладбище, и, не "заглядевшись в пруд", как у Есенина, а склонившись над могилой матери поэта.

Изначальная обделенность, бездомность, безнадежность жизни поэта окрасили в трагические тона все мотивы творчества Рубцова.

В Никольском детдоме поэт провел 7 лет, учился хорошо, много читал, играл на гитаре и баяне, пытался писать стихи. Хотел стать моряком, но опоздал с поступлением в мореходное училище. Зато попал на целые 4 года на эскадронный миноносец на время службы в армии. Начал печататься. Демобилизовавшись, ему некуда было ехать, его никто не ждал. Но он рвался туда, где жили поэты, журналисты.

Поехал в Ленинград, поступил на Кировский завод, получил комнату в общежитии. На заводе издали сборник стихов поэтов - рабочих, в котором были стихотворения Рубцова. Учился в вечерней школе, чтобы получить десятилетнее образование.

Поехал в Москву поступать в литературный институт. Приехал поздно, экзамены уже прошли. Привез самодельную книжку "Волны и скалы", куда вошли 38 стихотворений. Худой, смуглый, в костюме неопределенного цвета и рисунка, в кепке на голове. Таким он предстал пред комиссией. И его приняли без экзаменов. Его оценили сразу, стихи - песни доходили до всех уголков России еще до публикации. Существует более 30 песен на стихи Рубцова.

Рубцов много путешествует. Рига, Архангельск, Ташкент, Вологда, Ленинград,

Сибирь.

Чтец:

Как будто ветер гнал меня по ней
По всей земле, по селам и столицам.
Я сильным был,
Но ветер был сильней,
Нигде не мог остановиться.

Учитель: В самые трудные минуты жизни Рубцов возвращался в Тотьму, в село Никольское. Здесь он вырос и здесь написаны самые лучшие его стихи. Здесь жила женщина, Генриэтта Михайловна, которую Рубцов представлял так: "Женщина, у которой живет моя дочь Лена".

Чтец:

Высокий дуб. Глубокая вода.
Спокойные кругом ложатся тени.
И тихо так, как будто никогда
Природа здесь не знала потрясений.
И тихо так, как будто никогда
Здесь крыши сел не слыхивали грома!
Не встрепенется ветер у пруда,
И на дворе не зашуршит солома.
И резок сонный коростеля крик,
Вернулся я - былое не вернется.
Ну что же. Пусть хоть это остается,
Продлиться пусть хотя бы этот миг,
Когда души не трогает беда,
И так спокойно двигаются тени.
И тихо так, как будто никогда
Уже не будет в жизни потрясений.
И всей душой, которую не жаль
Всю потопить в таинственном и милом,
Овладевает светлая печаль,
Как лунный свет овладевает миром.

Учитель: В 1964 году Николая Рубцова исключили из литинститута за надругательство над святынями. Он собрал портреты писателей, которые висели на стенах общежития, и беседовал с ними. Но он все же в 1969 году закончил институт. Сборником "Звезда полей" Рубцов на "отлично" защитил дипломную работу. И наконец-то получил однокомнатную квартиру, обрел настоящую прописку в 35 лет. Все складывалось хорошо, но росло ощущение катастрофы.

Пожалуй, ни одной женщине Николай Рубцов не причинил столько огорчений, сколько Генриэтте Михайловне, но ни одна женщина не ждала его так спокойно и терпеливо, как эта.

Чтец:

Я уеду из этой деревни,
Будет льдом покрываться река,
Будут ночью поскрипывать двери,
Будет грязь на дворе глубока.
Мать придет и уснет без улыбки.
И в потерянном, сером краю
В эту ночь у берестяной зыбки
Ты оплачешь измену мою.
Так зачем же, прищурив ресницы,
У глухого болотного пня
Спелой клюквой, как добрую птицу,
Ты с ладони кормила меня.
Слышишь, ветер шумит по сараю,
Слышишь, дочка смеется во сне.
Может, ангелы с нею играют
И под небо уносятся с ней.
Не грусти! На знобящем причале
Парохода весною не жди.
Лучше выпьем давай на прощанье
За недолгую нежность в груди.
Мы с тобою, как разные птицы.
Что ж нам ждать на одном берегу?
Может быть, я смогу возвратиться,
Может быть, никогда не смогу.

Учитель: Простая и бескорыстная поэзия Рубцова - высшее проявление художественности. И за год до своей смерти Рубцов пишет пророческое стихотворение, точно назвав дату своей смерти.

Чтец:

Я умру в крещенские морозы.
Я умру, когда трещат березы.
А весною ужас будет полный:
На погост речные хлынут волны.
Из моей затопленной могилы
Гроб всплывет забытый и унылый,
Разобьется с треском и в потемки
Поплывут ужасные обломки.
Сам не знаю, что это такое,
Я не верю вечности покоя.

Учитель: В ночь с 18 на 19 января 1971 года Николай Рубцов был убит в собственной квартире во время ссоры женщиной, которую собирался назвать своей женой. Ему было 35 лет.

Та, которая его убила, познакомилась с ним в 1963 года. Это Людмила Дербина. Писала стихи. После окончания библиотечного института работала в селе в двух километрах от Вологды. К Рубцову её привела его книга "Звезда полей". В яростной схватке за свое достоинство Дербина передавила Рубцову сонную артерию, сидела в тюрьме, которая находилась как раз напротив дома, где погиб поэт.

Как случилось, что эта женщина снова стала появляться в связи с именем Рубцова? Проследим, как развивались события. Новый 1971 год. Рубцов у себя дома ждал гостей - Генриэтту Михайловну и дочь Лену. Купил елку. Но метели замели дороги, и Новый год он встретил один у так и не наряженной елки. Вот что вспоминает Дербина.

Чтец: "5 января я пришла к нему. Он меня пустил. Я села на диван и беззвучно заплакала. Он плакал тоже. Никогда у нас так не было. Мы плакали от горя, от невозможности счастья, и наша встреча была похожа на расставание".

Учитель: Потом были долгие, почти безобразные объяснения, примирение. 8 января, в Рождество, понесли заявление в ЗАГС. Регистрацию назначили на 19 января, день, до которого Рубцов уже не дожил. А Дербина уже отдала паспорт на прописку, подыскивала себе новое место работы.

Рубцов чувствовал себя лучше, накануне он перенес инфаркт, лежал в больнице. Так бывает, когда обреченный человек перед самой своей кончиной вдруг освобождается от боли, и всем кажется, что произошло чудо.

В понедельник, 18 января, Рубцов пошел с Дербиной в жилконтору. Здесь ей отказали в прописке, так как у Дербиной была еще дочь, а квадратных метров на всех не хватало. Рубцов вспылил, он понял, что на пути к житейскому счастью встает незримая стена инструкций и правил, прошибить которую ему никогда не удавалось.

И он сорвался. Выпил, что было строго запрещено, начал буйствовать. Вдруг неизвестно почему рухнул стол, на котором стояли иконы. Все они рассыпались по полу. Рубцов упал, а Дербиной хотелось только одного, чтобы он пока не вставал. Случилось, непоправимое. В ту ночь соседка Рубцова проснулась от крика:

- Я тебя люблю!

Дербина прибрала в квартире, надела валенки Рубцова и пошла в милицию.

Почему я много говорю об этом последнем дне, об убийце Рубцова? Все дело в том, что сегодня Дербина, женщина, бесспорно, талантливая и сильная, выйдя из тюрьмы пытается прославиться стихами, в которых рассказывает о своих чувствах к убитому поэту. Кто или что дает сегодня право говорить об этом? Страшна участь убийцы. Судьба Дантеса или Мартынова не может вызывать в нас сочувствия, но, право же, это печальные судьбы. И даже некоторое уважение вызывает смирение, которое приняли убийцы.

Мы живем в другое время. И замотанные нашими бесчисленными перестройками не замечаем, что нравственные нормы, по которым живет общество, сместились за черту, за которой нет и не может быть нравственности. Мы не судьи Дербиной, но что делать, когда вопросы шевелятся в голове, когда Дербина говорит, что она близкий друг Рубцова. Это не по-православному, не по-человечески. И увесистый сборник её стихов "Я его недолюбила" - это спекуляция на имени поэта. Возвеличивая его, она возвеличивает себя. Вот они, "ужасные обломки", из стихотворения Рубцова. Если бы Дербина, вернувшись из заключения, взяла псевдоним и творила (от способностей не спрячешься), никто бы не осудил её. Но ей хотелось вступить в Союз писателей как убийце, в литературу войти как убийце.

Было много версий убийства Рубцова. У одних его гибель вызывала настоящую боль, другие оставались равнодушными. Третьи говорили о его смерти с завистью:

- Повезло ему. Сумел и тут пристроиться. Теперь ему слава обеспечена.

Сказано подло. Но что ни говори, о Рубцове всегда говорили, как о живом. До сегодняшнего.

Итак, подведя итоги, скажу. Выросший в детском доме, скитавшийся по чужим углам, по общежитиям, не помнивший родительского очага, лишенного его тепла и поддержки, Рубцов всеми силами души пытается в своем поэтическом мире найти дорогу к собственному дому. Морское бродяжничество, продолжительное гостевание, возвращение на малую родину - это все этапы пути к покою, стабильности, устойчивости. К сожалению, обретение дома не состоялось. Даже после трагической смерти в январе 1971 года, несмотря на завещание похоронить его в Прилуцком монастыре рядом с могилой К. Батюшкова, по воле городских властей он обрел вечный дом на тесном коммунальном кладбище.

Разговоры о том, что поэты уходят, а стихи остаются, - мало утешают. Настоящего поэта никто не сможет заменить на земле. Песню, недопетую Рубцовым, уже никто не споет. Он унес свои песни с собой.

Чтец:

Слишком поздно мы любим поэтов,
Собираемся их уберечь.
Слишком поздно, когда недопетой
Угасает тревожная речь.
Я тебя вспоминаю все чаще,
Вспоминаю пронзительный взгляд
В эту мглистую даль уходящий,
Словно тающий в небе закат.
Все могло бы сложиться иначе!
Но в январской буранной гульбе
Все яснее я слышу, как плачет,
Как печалится Русь о тебе!
Плачет шелестом ивы плакучей.
Да о чем уж теперь говорить!
Плачет ночью звездою падучей,
Что могла б еще долго светить.
И поешь ты у темных околиц,
У задымленных снегом колец, -
Самый чистый её колоколец,
Самый русский её бубенец.
Шел ли ты вологодской дорогой,
Или вел по Тверскому друзей -
Все тревога, тревога, тревога
Из души исходила твоей.
Бесприютно мотаясь по свету,
Сам своим неудачам смеясь,
Ты читал нам любимых поэтов,
Как бы заново жить торопясь.

Ведущий: "Россия! Русь! Храни себя, храни!" - это строка из стихотворения Рубцова высечена у него на могиле на кладбище в Вологде. При жизни вышли четыре тонкие книжки его стихов общим тиражом 40 тысяч экземпляров, а после смерти тираж превысил 5 млн. экземпляров. 21 сентября 1985 года в Тотьме был торжественно открыт памятник поэту (стоит упомянуть, что бюст Есенина у него на родине был воздвигнут лишь через 55 лет после его смерти, а Рубцову через 15.)

Сегодня он нам очень нужен.
Хотя бы для того, чтобы напомнить нам
Мы сваливать не вправе
Вину свою на жизнь.
Кто едет, тот и правит,
Поехал так держись.

Проходит время, остается лишь то, что ему неподвластно: истинная поэзия.

27.07.2014